>Почва там сухая, трупы превратились в скелеты. Кроме того, офицеров перед расстрелом, вероятно, довольно тщательно обыскивали, при останках найдено вообще существенно меньше предметов, чем в Медном.
>По найденным документам в Харькове данные такие (1991):
>56 личных и служебных документов (включая открытки и письма), 8 рублевых банкнот, 15 газет и их фрагментов, 36 других бумажек (ж-д билет, товарная этикетка, немецко-русский словарь и т.д.). Несколькостраничные документы разделять было труднее, чем в Медном, они превратились в сбившуюся массу - как понимаю, нужно было использовать другие растворы, нежели в Медном.
>В Медном наиболее эффективным средством для разделения документов оказался насыщенный углеводород n-гексан C6H14, это достаточно распространенный растворитель, используемый в химии - бесцветная жидкость с характерным запахом, ядовитая, горючая, взрывоопасная и т.п.
Большое спасибо Дасси огромное.
Скажите вам самому не показалось подозрительным что в Харькове другие условие но тоже не мало сохранившихся документов.
>Скажите вам самому не показалось подозрительным что в Харькове другие условие но тоже не мало сохранившихся документов.
Сравнивать не так просто, чтобы сказать, почему на скелете в сухой почве должно быть меньше документов, чем на трупе в подземном болоте, скажем так. Ведь не только условия в почве были разными, глубина залегания трупов тоже была разной, количество эксгумированных трупов было разным, процесс раскопок был разным (по-моему, экскаватор в Медном привлекался более активно, трупы в исследуемой яме залегали довольно глубоко). В Медном, например, самые хорошо сохранившиеся документы нашли на наибольшей глубине, верхние слои трупов, видимо, также способствовали сохранению бумажек и самих трупов (меньше доступ воздуха). А те явные различия, которые есть (например, отсутствие польских банкнот в Харькове и их наличие в Медном), можно объяснить условиями обыска.
Состояние документов было разным, это эксперты отмечают и объясняют. Как и состояние трупов.
Разбирать документы в Харькове было труднее, сложенные листы бумаги часто крошились. Да и в Медном процесс восстановления бумажки из комка грязи для простого человека выглядел нехило и вызывал почтение к спецам-криминалистам. Если это только добавляет неверия со стороны зациклившихся товарищей, которые без понятия, где руль, где скорость, дело их.
А сам я в Харькове не был (руководитель следственной группы меня застал только ко времени раскопок в Медном, которые были после Харькова).