...Таким же несоответствием между целями и средствами отличались предложения нарушить снабжение немцев нефтью путем «вывода из строя бакинских нефтяных промыслов». Впоследствии мне довелось увидеть бакинские нефтяные промыслы, и меня позабавила мысль о том, как бы англичане приступили к выполнению такого задания, допустим, начав действовать с базы в Каире. Даже в 1940 году я счел бы такие разговоры пустой фантазией, если бы лично не присутствовал на пресс-конференции в Аррасе, которую созвал генерал Паунелл, бывший в то время начальником штаба у лорда Горта. Генерал Паунелл тогда заявил, что, учитывая мощь линии Зигфрида, лучшие перспективы может открыть удар через Кавказ (речь идет о планах нападения на Советский Союз, которые вынашивали в то время правящие круги Великобритании под лицемерным предлогом нанесения удара по Германии с востока. — Прим. авт.). В случае успеха такой удар взломает «слабую восточную систему обороны Германии» и откроет путь англо-французскому наступлению.
Если Франция уже прорабатывала конкретные планы действий против СССР и 22 февраля штаб ВВС уже выдал примерный расчёт сил и средств, необходимых для разрушения советского нефтепрома на Кавказе, то в Британии ещё шло обсуждение возможных последствий. 8 марта 1940 года Комитет начальников штабов родил объёмистый документ «Военные последствия военных действий против России в 1940 году». В нём детально рассматривались возможные сценарии и в конце концов делался вывод, что война с Россией желательна только в том случае, если это приведёт к быстрой победе над Германией. Заседание Комитета проходило под аккомпанимент мощного мартовского наступления Красной армии на Карельском перешейке. До окончания войны с Финляндией оставалсь неделя.