>>ну во-1х, что касается "вялотекущести" - невозможно предположить, какую бы аграрную политику стало проводить новое правительство.
>
>Думаю, всяко не коллективизацию. Скорее что-то вроде НЭПа.
Сомнительно, чтобы белые, с учетом реально господствовавших в их среде настроений, легко согласились с аграрной реформой (т.е. всеобщей экспроприацией помешичьего и крупного кулацкого землевладения), узаконенной большевиками в 1917-18 гг. Хотя в конечном итоге пришлось бы согласиться. Поскольку без этого "анти-белые" "антоновщина" и "маховщина" отличались бы куда большим размахом и упорством, чем "анти-красные".
По поводу красных российское крестьянство имело определенные иллюзии, которые с успехом использовались правительством Ленина. По поводу белых иллюзий не было, скорее имели место враждебная предубежденность и заведомое недоверие, опирающиеся на долгий исторический опыт. Иными словами, свои преступления большевикам удавалось выдавать за временные перегибы, тогда как даже "либеральные реформы" белых воспринимались бы крестьянской массой как обман с целью последующего подавления. В отличие от Ленина, авторитет Деникина, Колчака, Врангеля и т.д. среди крестьян был ниже плинтуса.
>Сомнительно, чтобы белые, с учетом реально господствовавших в их среде настроений, легко согласились с аграрной реформой (т.е. всеобщей экспроприацией помешичьего и крупного кулацкого землевладения), узаконенной большевиками в 1917-18 гг. Хотя в конечном итоге пришлось бы согласиться.
В значительной степени передел земли уже совершился по факту. Вряд ли белые не поняли бы, что попытка возврата к старому порядку землевладения означала бы крестьянскую войну.
>В значительной степени передел земли уже совершился по факту.
Не "в значительной степени", а практически полностью и повсеместно, даже на формально "белых" территориях.
>Вряд ли белые не поняли бы, что попытка возврата к старому порядку землевладения означала бы крестьянскую войну.
Судя по их практическому поведению в ходе Гражданской войны, повсеместным и постоянным попыткам силой подавить уже идущую против них крестьянскую войну, они этого так и не поняли, пребывая в иллюзиях о возможности восстановления, хотя бы в общем и целом, "старорежимных порядков".
Если бы они это поняли, то это были бы уже не белые первой четверти 20 века, со всем комплексом их врожденных идеологических представлений и предрассудков, а кто-то совсем другой, из параллельного мира и не имеющий отношения к реальной истории.