"К лету обстановка на Балканах снова накалилась. Лидер Македонии Филипп более не ограничивался кровавыми репрессиями против оппозиции - началась тотальная милитаризация страны. Римский сенат сделал очередное громкое заявление о неконституционности филипповского режима и нелегитимности его власти, так как он на самом деле не Филипп. В ответ на это Вооруженные силы Македонии перешли границу Фессалии. Положение осложнялась тем, что и на юге Балканского полуострова вспыхнул конфликт, грозящий перерасти в полноценную войну и таки переросший в нее. Миролюбивая Спарта ("наш непробиваемый танк на Балканах", как называли ее на Капитолийском холме) подверглась агрессии со стороны целой коалиции своих вечных противников - ахейцев.
В самом Риме резко пошел вверх рейтинг демократической партии, не приминувшей использовать создавшееся положение в своих целях и поставившей во главу угла своей предвыбоной агитации на предстоящих консульских выборах критику республиканцев, которым ставились в вину и нерешительность в предыдущей компании на Балканах, позволившая вновь поднять голову македонскому милитаризму, и проафинские настроения некоторой части сенаторов. Хорошо понимая, что медлить более невозможно, сенат дал добро на военную операцию на Балканах. В срочном порядке были проведены дипломатические консультации, и в кратчайшее время собрана коалиция союзных держав.
При содействии пергамского флота экспедиционные силы под командованием Квинта Цецилия Метелла высадились на Балканах. Нерешительность Филиппа отдала стратегическую инициативу в руки римлян, мобильные легионы стремительными ударами рассекли македонские силы на южную и северную группировки и в ходе двух блестящих операций подавили организованное сопротивление врага. Неожиданностью для римлян оказалось наличие у македонцев тяжелых "Элефантов", закупленных Филиппом у Карфагена, что послужило в дальнейшем предметом сенатских слушаний и причиной отставки начальника Разведывательного управления. Однако против римского высокоточного оружия, против "Скорпионов" и "Гастрафетов" были бессильны даже бронированные гиганты. После войны еще долго вдоль дорог виднелись их черные обугленные туши, уткнувшие свои хоботы в землю.
В это время положение Спарты стало критическим. Ее армия отличалась профессионализмом и высоким боевым духом, но соотношение сил не оставляло римскому союзнику никаких надежд, кроме как на помощь своих покровителей. И помощь пришла. Повернув армию на юг, Метелл стремительно занял среднюю Грецию и разбил войска Ахейского союза в нескольких наступательных операциях. Правительства государств Союза вынуждены были подписать мирные договоры на условиях, продиктованных римлянами. На следующий день официальная "Acta diurna" вышла под шапкой "Graecia capta ferum victorem cepit" и с фотографиями веселых пропыленных легионеров в обнимку с испуганными афинянками на фоне Акрополя.
Для укрепления демократических институтов в Македонии была поставлена римская администрация, которая в сотрудничестве с местными властями и населением начала работу по восстановлению конституционного порядка. В самом Риме вызвали шок сообщения о неоправданном, по мнению левой общественности, разрушении Коринфа, этого древнего культурного центра. К счастью, римской армии удалось спасти большое количество произведений искусства, украшавших впоследствии улицы и парки римской столицы.
Итак, в теплый весенний день 145 года до Новой эры Секст Виргиний вышел из третьего терминала афинского аэропорта "Пирей" на землю Аттики."
Как не было? Вы не читали выдающееся исследование Марка Луциуса Суллы "Тяжелые авианесущие триеры. Расцвет и закат македнского флота", посвященное анализу действий парфянского и греческого флота в период этой войны, и описывающего причины поражения македонского флота?